Мужа отправили в колонию, а обручальное кольцо осталось в СИЗО, как и в какие сроки можно его забрать?

vagabund

Мужа отправили в колонию, а обручальное кольцо осталось в СИЗО, как и в какие сроки можно его забрать?

Письмо человека, впервые столкнувшегося с российской наркополитикой.

С нами связался человек по имени Виктор (имя изменено по просьбе собеседника). Он рассказал о своем друге, который попал в СИЗО, пообщался с арестованными по «наркотическим» статьям и решил написать о том, как такие люди туда попадают, и как не разделить их участь. Виктор передал нам письмо своего товарища и попросил помочь в его распространении.

Мы публикуем текст письма с незначительными сокращениями и примечаниями. Я не хочу называть своего имени. Я пишу этот текст в СИЗО одного из крупных российских городов; под арестом я пробыл уже много месяцев. Следствие в отношении меня ведется по одной из так называемых «экономических» статей. Письмо было передано через друзей.

Это все, что вам нужно знать обо мне.Когда я попал в тюрьму, то сильно удивился тому, что примерно 80-90% народа тут находятся по обвинениям в сбыте или распространении наркотических средств (статья 228.1 УК, здесь произносят «два-два-восемь»). Часть из них еще ждут приговоров, часть уже осуждены и ожидают этапирования в колонии.

Если из СИЗО, в котором я нахожусь, убрать «два-два-восемь», то на всю тюрьму останется человек 20-30, не больше. Эту статью из-за ее массовости называют «народная». Когда в камеру (хату) заезжает новый сиделец, и у него спрашивают (точнее, интересуются), какая статья, он может ответить «народная», и его все поймут.

Сидельцев периодически переводят из одной камеры в другую (кирешуют). Из-за этого я сидел с большим количеством заключенных, достаточно доверительно общался почти с каждым из них и неплохо знаю их ситуации. Периодически к нам заезжают «транзиты» — заключенные, которые перемещаются из одних тюрем в другие.

На нашем централе они проводят по несколько дней, ожидая этапов; от них я знаю, что ситуация в других централах России примерно такая же — около 70-80% заключенных сидят по «народной» статье.О закладчиках. большинство сидельцев по «два-два-восемь» — закладчики. Это люди, которые делали закладки розничных партий наркотиков в укромные места.

Они — рядовая пехота наркобизнеса, пушечное мясо, с которым никто не считается. Закладчик прячет расфасованные наркотики в разных местах города, а затем скидывает координаты и фото этих мест своим диспетчерам или операторам.

Потребители, которые покупают наркотики в интернет-магазинах, переводят деньги на счета, указанные диспетчерами, получают как раз те самые координаты и фото, едут и поднимают закладку.И вот, что нужно знать людям о работе закладчика — тем, кто на ней уже занят или тем, кого она может прельстить. О сроках. Первое.

Сроки (в тюрьме произносят «срокá»), которые получают закладчики, зачастую превышают сроки за убийство человека. 3-я часть статьи 228.1 (сбыт наркотиков в значительном размере либо группой лиц по предварительному сговору. — Открытая Россия) — от восьми до 15 лет строгого режима.

Часть 4 той же самой статьи (сбыт наркотиков организованной группой либо в крупном размере) — от 10 до 20 лет, 5-я часть (сбыт наркотиков в особо крупном размере) — от 15 до 20 лет. Даже самого минимального веса, всего нескольких граммов достаточно для 3-й или 4-й части. Сам я не видел ни одного сидельца по 1-й или 2-й части (сбыт незначительного количества наркотиков и сбыт через интернет соответственно.). Как правило, все получают части 4 или 5, несколько реже — 3.

Эти сроки шокируют заехавших на тюрьму закладчиков. Беспечность, с которой они согласились на эту работу, не позволила им открыть УК и прочесть несколько строчек, чтобы поинтересоваться тяжестью наказания, которое их ожидает за это занятие.

Насколько я знаю, в разных регионах страны выносят разные приговоры — в так называемых «мягких» регионах закладчики получают по семь-девять лет, в других — 12-16 лет. Действительность такова, что сроку в семь лет осужденный будет безмерно рад.

Срок в четыре-пять лет, что бывает крайне редко — это “настоящий подарок судьбы” и “второй шанс”

Вся работа адвокатов, на которых уходят последние деньги родственников, сводится к протаскиванию «тридцатки» и «скощух» — статей 30, 61 и 64 УК РФ, которые дают скидку к сроку. Его также можно существенно снизить (до, например, 4-5 лет) через «досудебку» — заключение досудебного соглашения.

В этом случае следствию сдаются подельники, товарищи, коллеги по занятию или же пока не найденный тайник с партией наркотиков. Никакая дружба, никакие ранее даваемые друг другу обещания не устоят перед перспективой получить вместо 15 лет пять. Говорят, что сдача подельников, мягко говоря, дорого обходится уже в колониях, на лагерях, но доподлинно об этом я почти ничего не знаю.

Кроме того, для получения относительно приемлемого срока (ниже низшего предела) обязательно нужно быть «в сознанке» — сотрудничать со следствием, полностью признать вину, все рассказать, ничего не скрыв. Все без исключения сидельцы, с которыми общался я лично, были «в сознанке».

Об этом сразу говорят и адвокаты, — объем, тяжесть и неопровержимость улик против обвиняемого, как правило, таковы, что отрицать преступление просто глупо — все равно посадят, но в случае «несознанки» дадут очень серьезный срок.Я сидел с одним наркоманом, который «просох» только в тюрьме. При всем своем многолетнем стаже употребления он рассуждает довольно здраво.

Он говорит: «Я нигде не работаю, и, чтобы употреблять, мне нужны деньги, поэтому я постоянно ворую. Обкрадываю большие сетевые магазины, выношу спортивную одежду и обувь, парфюмерию и дорогой алкоголь. И я знаю, что если меня не поймают сегодня, то я буду с деньгами и смогу уколоться. А если поймают, то я заеду на тюрьму по краже, и даже близко никогда не подойду к 228».

И действительно, сейчас он уже на свободе. Другой человек клял судью, который год назад впаял ему за какую-то ерунду два года условного срока: «Сейчас я бы мотал ту двушку, а теперь вот жду десятку, да еще и с трамплином» (имеется в виду непогашенный условный срок).Второе, что шокирует только что заехавших по «два-два-восемь» — то, как их поймали.

Только после общения с товарищами по несчастью они осознают, что шансов остаться непойманными у них было не больше, чем выиграть миллион в лотерею. В первую очередь, многих сдают сами магазины. По рассказам людей, знающих систему изнутри, у магазинов есть чуть ли не план по сдаче закладчиков полиции.

Одни и те же магазины работают годами, а закладчики, работающие на них, исправно заезжают в тюрьмы чуть ли не пачками. Кто-то попадается, что называется, по воле случая. Если вы закладчик, то, как правило, при вас очень часто есть вес, а это значит, что при первой же проверке патрулем ППС вас поймают.

Будьте уверены, что испуг или беспокойство при банальной проверке документов вас сразу выдадут. Некоторых ловят через реальные спецоперации — с видеозаписью, слежкой и прочими мероприятиями. Тех, кто работает по старинке, не через интернет, ловят через контрольные закупки, которые делают снаряженные камерами и микрофонами наркоманы.

Вывод тут такой: вопроса, поймают вас или нет, не стоит вообще. Вопрос только в том, когда это случится. Те, кого я знаю, проработали от двух дней до 4-5 месяцев.У некоторых может возникнуть вопрос — можно ли откупиться? Говорят, что иногда, на самых ранних стадиях и далеко не при любых обстоятельствах — можно. По неподтвержденным слухам, стоит это очень дорого.

Закладчик столько и близко не зарабатывает.Кстати, о заработках. Нужно понимать, сколько на этой работе можно заработать. Я много раз слышал о расценке в 300 рублей за одну закладку, хотя знаком и с молодыми дурачками, которые подрядились за цену вдвое меньшую. Их, кстати, и приняли на второй день, свои сроки они еще не получили.

Если вы будете делать три-пять закладок в день, то заработки будут сопоставимы с самой обычной низкоквалифицированной работой. Если же вы будете делать по 20-30 закладок в день, то при вас всегда будет большой вес, а вероятность быть пойманным возрастет многократно, и вы вряд ли дотянете даже до двухмесячного стажа. Кроме того, для работы нужен депозит — деньги, которые вы должны отправить магазину, чтобы магазин не боялся, что вы его кинете. В общем, рисковать лишением свободы на такие сроки за такие деньги — несусветная глупость.

Только ли закладчики сидят по 228? Нет, не только. Вы должны знать, что угостить кого-то — это распространение; поднести, передать, перевезти — это распространение, перевозка или хранение, подержать, похранить у себя — это хранение или незаконченный сбыт. И за все это вы получите срок, сопоставимый или превышающий срок за убийство человека.

Как же становятся закладчиками? В 1832 году великий француз Оноре де Бальзак в одном из своих очерков написал: «Они захотели работать честно. Работы нет. Они захотели работать бесчестно. Работы сколько угодно». Основная цель нанимателей — создать ложную иллюзию относительной безопасности.

Некоторые магазины обещают юридическую поддержку или то, что «там все схвачено», быстро вытащат и прочее. Это откровенная ложь. Никто не будет даже беспокоиться о попавшемся закладчике, а уж тем более тратить сотни тысяч на адвокатов и прочие «решения вопроса».

Иллюзию безопасности создает и переписка в нечитаемых мессенджерах. Закладчик напрасно думает, что это как-то ему поможет — практика показывает, что их ловят не так.

Конечно, у обычного человека не уложится в голове — как можно получить 12 лет за работу, объявления о которой совершенно спокойно всплывают в рекламе в интернете или приходят в спам-рассылках.

Еще, конечно, у каждого есть уверенность, что с ним этого не произойдет, что тюрьма — это вообще не про него, и что ни по каким законам мироздания он не сможет оказаться в тюрьме.И действительно, кто может сейчас представить себя в робе и в строю?Тем не менее, это более чем реальная перспектива.

Источник – Открытая Россия.

Источник: https://pikabu.ru/@vagabund/search?page=2

Муж учительницы-детоубийцы: «Я сам отмывал кровь, но не верю, что дочку зарезала жена»

Мужа отправили в колонию, а обручальное кольцо осталось в СИЗО, как и в какие сроки можно его забрать?

Знаете, что сказал во время первой встречи в колонии муж учительницы живописи из Бийска, которая зверски зарезала их общую дочь? Он спросил: «Как ты, родная?» Теперь мужик бегает к ней на встречи, не снимает обручальное кольцо и шлет прошения во все инстанции, чтобы к детоубийце относились в колонии мягче.

Галина убила пятилетнюю Машу (имя матери, погибшей девочки и ее отца изменены – прим.авт.) летом 2017 года. Объяснить, зачем она это сделала, женщина не может – говорит, бес попутал или же виной всему алкоголь. В тот вечер девочка не хотела идти спать и капризничала.

По словам Галины, очнулась она в детской – Маша была вся в крови, а нож лежал на столике. Как звонила мужу и отправляла по «воцапу» фото мертвой дочурки, горе-мамаша тоже не помнит. Во всяком случае, она в этом уверяет всех окружающих.

На теле малышки не осталось живого места – родная мать нанесла ей 23 удара ножом. Женщину посадили на 15 лет.

Погибшая девочка из личного архива героя(ев) публикации

«Она мне жена, и жена любимая»

Алексей и Галина, которая была на четыре года его старше, познакомились еще во время студенчества в художественном училище. Поехали на пленэр, чтобы рисовать на свежем воздухе.

– Это была любовь с первого взгляда, – говорит Алексей в разговоре с корреспондентом «КП». – Через полтора года мы поженились. Я не мог на нее надышаться. Жили, как все, но Галя долго не могла забеременеть. Машка родилась спустя пять лет, я летал от счастья.

За несколько месяцев до трагедии Галина сильно поссорилась с мужем – она закрутила на работе роман, а потом сама же ему и рассказала. Парень «проглотил» это, простил.

Муж бийчанки об ее измене

– Я не в курсе, как все закончилось, думаю не совсем хорошо. Она женщина привлекательная, он долго не хотел ее отпускать. Она сама бросила его, – считает обманутый муж.

Возможно, любовная драма и алкоголь стали причиной трагических событий. В тот вечер Алексей ушел на работу, чтобы закончить заказ. Через несколько часов жена позвонила ему и, плача, рассказала, что убила дочку, отправляя мужу фотографии лежащей в луже крови девочки. Парень со всех ног кинулся домой.

– Я не мог поверить, фотографии были плохого качества, а когда увидел… Я часто слышу, что должен был ей на месте свернуть шею. Я хотел это сделать, но сдержался. Оказывается, я могу вытерпеть очень многое, – говорит отец Маши.

В тот день мамаша-убийца пила коньяк – до и после убийства. К тому времени, как она прикончила бутылку, у нее в крови была смертельная доза алкоголя. Когда домой прибежал Алексей, Галина умоляла его помочь ей спрятать тело мертвой дочки.

– Ты теперь своей судьбой не распоряжаешься, и не тебе решать, что делать с телом, – ответил на ее просьбу мужчина и вызвал полицию.

Осужденная жительница Бийска. Личный архив

Тогда он не смог прикоснуться к дочке.

– Когда я приехал, было слишком поздно, судя по разлитой крови и цвету кожи. Даже если бы пульс еще был, никто бы не успел приехать, – говорит мужчина.

Когда все закончилось, тело Маши увезли в морг, жену в следственный изолятор, а он отмывал кровь до поздней ночи.

– Ковер и диван пришлось выкинуть. Я особо ни о чем не думал, в голове звенела пустота, а перед глазами картинка, где Маша лежит посреди комнаты, как жертва на алтаре, – вспоминает мужчина.

«Может, я сошел с ума»

Сложно поверить, но после похорон дочери он начал добиваться встречи с женой, Алексей был уверен, что Галина не убивала дочь.

– Я сомневаюсь, что это сделала она. Возможно, в квартире был кто-то еще. У нее кровь нашли только на руках, а при такой бойне она вся должна была бы быть в крови. Пепельница опустошена, я сомневаюсь, что человек в состоянии шока мог бы так тщательно замести следы.

В квартире никто не снимал отпечатки, чтобы определить, кто там мог быть. Да и она была хорошей матерью, я ее знаю, она никогда бы этого не сделала. До тех пор, пока я не увижу достаточных доказательств, она мне жена.

И жена любимая! Прощать мне ее не за что, – говорит Алексей.

При этом Алексей не пытался проводить никаких собственных расследований. Он будто застрял на стадии отрицания. Кстати, родители Алексея не поддерживают с убийцей отношений – для них доказательства ее вины очевидны.

Парень ходит на могилку дочки каждый месяц, живет в той самой квартире, где все произошло. Там почти все также, как и раньше – на стене висит одна из лучших работ Галины – голубое небо с облаками. Лишь комната Маши превратилась в чулан, где оставляют вещи, которые жалко выкинуть. Детские игрушки отец раздал, оставил себе ее любимую – цыпленка, которую сшила племяннице сестра Алексея.

– Первое время после всего этого по квартире раздавался топот детских ножек. Я подскакивал. Но никого не было. Сбежать оттуда никогда не хотелось, наоборот, тянуло домой, да и сейчас тянет. Маша мне снится иногда – будто все, что случилось – это страшный сон, а я, наконец, проснулся. Я не знаю, как все это вынес.

Время помогло: механически ходил на работу, иногда даже не мог вспомнить, как смена прошла. Шел домой или встречался с друзьями, пил. Потом захотелось одиночества – хватался за ночные смены и так день за днем. Мне иногда кажется, что я просто сошел с ума, иначе как можно было бы жить дальше, – говорит Алексей.

Гениальная художница

Какое бы преступление не совершали женщины, отбывать наказание они будут все равно в колониях общего режима. Строгача для женщин не бывает. Сейчас Галина сидит в шипуновской женской колонии.

На встрече с заключенной я ожидал увидеть раздавленную горем и поседевшую раньше времени от самобичевания женщину. Но вместо этого нас встретила симпатичная, румяная арестантка с прямой спиной. Клянусь, сейчас, в свои 38 лет она стала выглядеть на лет десять моложе, чем до случившейся трагедии – скинула килограмм 15, похорошела…

Она не разрешила себя фотографировать. Мы нашли в социальных сетях ее старые снимки. Судя по ним, она красила волосы в роковой черный цвет, пользовалась красной помадой. Сейчас в отросших густых волосах виднеется седой пробор, как насмешка «тяжелого» бремени. И тут же слух резанул голос – так мог бы говорить человек, у которого вечно виноваты все, кроме него.

Осужденная жительница Бийска. Личный архив

Девушка сидит вполоборота на краешке стула, руки сложены на коленях. Из кармана выпал полиэтиленовый мешочек с пачкой сигарет и туалетной бумагой – это всё разрешенные вещи.

– Начала курить еще в СИЗО, – говорит заключенная. – Думала, поможет успокоиться, но ничего подобного. Сейчас пытаюсь бросить.

Она говорит, что в колонии не плачет, как это было сначала в СИЗО. Возможно, те слезы были скорбью по долгожданному ребенку, а может и по собственной загубленной жизни – еще бы, она была видной женщиной, талантливой художницей, ей пророчили большую карьеру.

– Мне не хватило двух персональных выставок, чтобы приняли в Союз художников, – рассказывает с жалостью собеседница.

Как писали в СМИ, ее работы отличалась «яркостью и индивидуальностью», кто-то даже называл ее работы гениальными.

– Сейчас в колонии рисую стенгазеты для юбиляров, – горько усмехается зэчка. – В одном из отрядов разрешили нарисовать на стене карандашом оленя, самку и ее детеныша. Это воспоминание о поездке в Горный Алтай.

Алексей с дочкой из личного архива героя(ев) публикации

На свиданку муж носит мороженое

– Я помню, мне сказали, что Алексей хочет прийти, и не против ли я его визита. Я не знала, что он мне скажет, шла через всё СИЗО, меня трясло. Первое, что он спросил – как ты, родная? И после этого мы почти не проронили ни слова, я смотрела на него, а он на меня, – вспоминает осужденная.

Арестантка ухватилась за того единственного, кто верил сам и давал ей веру, что она – не чудовище. Начали переписываться. После он приезжал к ней несколько раз. Привез передачку, они сидели и ели мороженое, как будто ничего не случилось.

Учительница живописи о жизни в колонии

– Это напоминает встречу в каком-то отеле двух людей, которые долго не виделись – мы рассказываем друг другу, чем живем, – говорит заключенная.

https://www.youtube.com/watch?v=vJ5JtXzdwKM

Сейчас самые близкие люди, которые интересуются судьбой заключенной – мать и муж. Стоит отметить, что первая экспертиза признала учительницу из Бийска невменяемой, но после этого ее направили в Москву на дополнительное обследование. Специалисты не нашли у нее никаких отклонений.

– У меня один из родственников страдал психическим заболеванием, возможно, это передалось мне. Это было какое-то помрачнение, я боюсь, что когда-нибудь это снова может повториться, – говорит Галина.

Сейчас художница рисует на стенах колонии. Анна КОЛЬЧЕНКО

Девочка, похожая на маму

На фотографиях малышка так похожа на маму. Машу похоронили на старом кладбище Бийска, тут же отгорожено место для оставшихся – Галины и Алексея. Семья хочет установить для погибшей девочки памятник – ангелочка ростом с ребенка, но пока на то, что они задумали, нет денег. Муж привозил показать проект Галине.

– Он показывал эскизы памятника для Маши, который они хотят установить. У него свое видение, у меня свое, но я не высказываю мнения. Мы не можем еще свободно говорить о том, что произошло, – вспоминает заключенная.

https://www.youtube.com/watch?v=vJ5JtXzdwKM

Сейчас Галина всячески стремится к УДО, зарабатывая необходимые для этого баллы. При этом она боится взглянуть на портрет Маши, как булгаковская Фрида, которой каждое утро в наказание подкладывали платок, которым она задушила своего ребенка. Галина призналась, что у нее нет ни одной фотографий дочки:

– Когда была еще в СИЗО, писала ее портреты, какой она могла бы стать. Больше половины из них уничтожила, остальные отдала маме. Не знаю, пойду ли к ней на кладбище, когда выйду, сначала разберусь, что со мной. Для меня нет никакой точки, я не знаю, почему это сделала. Мне очень жаль.

Источник: https://www.kp.by/daily/27055/4121717/

Защита прав online