Банкротство Доброго стиля

Когда «Балтеко» перестанет обманывать потребителей?

Банкротство Доброго стиля
Ванны «Балтеко» позиционируются как эталон безукоризненного стиля и качества, но в реальной жизни все немного не так. Как раз качество поставляемого оборудования серьезно страдает — компания имеет массу недовольных клиентов и уже несколько лет ведет процедуру банкротства.

Но при этом всеми силами пытается игнорировать проблемы и доказать всем окружающим, что никаких трудностей не существует.

Начнем с конкретных документов. 5 сентября 2017 года в московский Арбитражный суд было подано первое заявление о признании банкротом ООО «Смарт». «Почему же “Смарт”, если разговор шел о “Балтеко”?», — спросите вы.

Дело в том, что после получения первой претензии на крупную сумму денег руководство организации сменило название в попытке сбежать от ответственности, что уже является странным поведением для компании, дорожащей своей репутацией.

Было изменено и руководство — вместо учредителя Ивана Зелянина и гендиректора Ольги Ивановой на сцену вышла некая Алиса Чернышева, заняв обе должности. Но об этом чуть позже.

Дело длилось почти два года — 20 мая 2019 года иск наконец-то удовлетворили, и в отношении фирмы была запущена процедура наблюдения. Суд решил взыскать со «Смарта» в сторону основного истца, Олеси Ш.

, 5 млн рублей непосредственного ущерба, почти 1,3 млн рублей за сами некачественные элитные паровые кабины, 81 750 рублей за неквалифицированную установку и монтаж, 300 рублей за уплату пошлины и, наконец, 3 млн 162 тысячи рублей за штраф с учетом пунка 3 статьи 137 ФЗ.

У «Смарта», как ни странно для крупного поставщика, таких денег не нашлось, а потому организация оказалась в шаге от банкротства.

Но минуточку, откуда взялись эти суммы и за что вообще «Смарт» должен денег? Здесь вернемся к потерпевшему лицу, выступающему истцом в деле. Согласно материалам, 20 мая 2015 года истец приобрела паровые кабины из каменной массы в филиале «Балтеко» на крупную сумму.

Установлены они были через семь месяцев, а еще через три месяца из одной из них из-за некачественных деталей хлынула вода, прямо в дом, затопив все имущество.

Вроде бы все логично и понятно, но по неясным причинам представители «Смарта» отказались от компенсаций и объявили, что на их честную фирму просто-напросто организована рейдерская атака.   

Стороны процесса

Об этой самой «атаке» стоит рассказать чуть подробнее. На одном из форумов московский филиал «Балтеко» заявил, что истец с февраля 2018 года всячески угрожает их компании.

Якобы она выиграла жалобу в суде по поддельным документам, а затем начала «отжимать» деньги различными незаконными способами, в числе которых были DDoS-атаки на сайты компании и партнеров, автоматические звонки по номерам фирмы, жуткие угрозы, навязчивое общение с контрагентами и еще масса всяческих злодеяний. И вообще истец специально все это устроила, чтобы очернить «Смарт», являясь председателем суда. 

Что ж, мы проверили эту информацию, и выяснили, что истец действительно являлась председателем суда, правда до 2016 года. Впрочем, даже если бы она по сей день являлась представителем суда, этот факт говорил бы лишь о том, что пострадавший потребитель подкован в законодательстве и был в состоянии грамотно защищать свои интересы. 

Еще одним доводом в сторону истца служит то, что она таки выиграла суд, что было бы невозможно при отсутствии доказательств (как уверяют в «Смарте»).

Но даже решение суда не смотивировало организацию выплатить компенсацию — единственное, что они сделали, так это сменили юридическое имя перед началом процесса.

Выходит, что дистрибьютеры элитной продукции прячутся от ответственности и не выплачивают даже того, что постановил суд, не говоря уже о простых жалобах не подкованных в законодательстве покупателей. Кстати о них.

Вечно невиновный «Балтеко»

Судя по многочисленным негативным отзывам о «Балтеко» в интернете, пока никому не удалось добиться от компании компенсации в случаях, если продукция оказывалась бракованной.

Жалуются и на разбитые ванны, и на подтеки, и нетоварный вид. В подобных случаях ответ «Балтеко» однозначен — «вы все придумываете».

Фирма снимает с себя всю ответственность, а менеджеры заявляют, что виноваты сами пострадавшие.  

Напомним, что после первоначального обращения истца в суд, дистрибьютеры сменили учредителя на номинала, некую Алису Чернышеву. Причем сделали это без ее ведома.

А когда Чернышева поняла, во что ее втянули и, можно сказать, подставили, внесла в ЕГРЮЛ правку о недостоверности этих сведений. Мы, в свою очередь, отметим, что подобные действия являются фактически преступлением по Уголовному кодексу Российской Федерации.

Редакция «Русбанкрота» надеется, что факт намеренного внесения недостоверных сведений в ЕГРЮЛ заинтересует правоохранительные органы. 

В финале отметим, что лица, причастные к торговой деятельности, продолжают вести ее от имени других юридических лиц, продолжая работать в тех же самых офисах и с теми же самыми сотрудниками по тем же самым адресам. К примеру, если зайти в столичный магазин «Балтеко» на Нахимовском проспекте, можно встретить «бывшего» гендиректора Ольгу Иванову, которая вопреки официальным бумагам продолжает работать. 

Стоит ли говорить, что и техника продается та же самая, причем по весьма немаленьким ценам, от 100 тысяч рублей. Руководство обещает чуть ли не пожизненную гарантию, но, как показывает практика, московский филиал «Балтеко» никаких гарантий не соблюдает, избегает компенсаций путем мошеннических схем и переваливает вину на самих пострадавших в духе старого-доброго абьюза.  

23.08.2019

Источник: https://rusbankrot.ru/journalistic-investigation/kogda-balteko-perestanet-obmanyvat-potrebiteley/

Что будет, если объявить себя финансово несостоятельным

Банкротство Доброго стиля

За три года возможностью “личного” банкротства в России воспользовались 69 тысяч граждан. Это всего 10 процентов из числа потенциальных банкротов.

Правда, в последнее время армия неплатежеспособных стала расти быстрее, чем раньше, утверждают эксперты.

Выясняем, с чем это связано, как сейчас работает процедура освобождения от долгов и может ли человек, пройдя ее, начать полноценную финансовую жизнь с чистого листа.

Закон о банкротстве физлиц в нашей стране разрабатывался добрый десяток лет, но в силу вступил лишь 1 октября 2015 года. По нему россияне впервые получили право объявлять себя финансово несостоятельными за долги, которые не могут выплатить. До этого банкротами могли становиться только компании. Инициировать банкротство физлиц разрешили также кредиторам.

За первые три месяца работы закона решений о признании граждан финансово несостоятельными набралось меньше тысячи. Но потом ситуация стала меняться.

В 2017 году, по данным проекта “Федресурс”, этот статус получили 30 тысяч человек – в 1,5 раза больше, чем годом раньше. За шесть месяцев 2018 года таких уже набралось 19,5 тысячи. Опять же рост в 1,5 раза по сравнению с предыдущим периодом.

Как отмечает руководитель “Федресурса” Алексей Юхнин, темпы роста банкротств компаний значительно скромнее – около 10 процентов в год.

Банкротство предприятий стало двигателем криминала

В законе предусмотрено право должника подать заявление о своем банкротстве при любой сумме долга, если он докажет, что не в состоянии его выплатить.

Однако суды, по свидетельству специалистов, крайне неохотно принимают заявления с суммой долга меньше полумиллиона рублей, несмотря на то, что в законе прямого ограничения нет.

На практике средняя задолженность, с которой должники обращаются к институту банкротства, например, по Москве и области составляет 1,5 миллиона рублей, говорит Артем Фролов, юрист правового бюро “Олевинский, Буюкян и партнеры”.

Если непосильные финансовые обязательства больше 500 тысяч рублей, право превращается в обязанность – человек должен идти в суд и подавать заявление о своем банкротстве. За неявку даже предусмотрена административная ответственность. Но реальной практики привлечения к ней должников в России пока нет.

Цена вопроса

Госпошлина за подачу заявления о финансовой несостоятельности с 2017 года составляет всего 300 рублей против 6 тысяч – таксы, которая действовала до этого.

Но это лишь одна, как можно догадаться, не самая большая статья расходов, которые приходится брать на себя должнику при банкротстве.

В списке также оплата труда арбитражного управляющего, затраты на оценку имущества, услуги юриста, публикацию сведений о банкротстве…

К тому же нужно учитывать, что стоимость услуг по сопровождению процедур банкротства, предоставляемых арбитражными управляющими и юридическими компаниями, отличается от региона к региону. По разным данным, она может варьироваться от 60 до 200 тысяч рублей, в среднем же составляет примерно 100 тысяч рублей.

По словам Алексея Юхнина, при долге выше этой суммы экономический смысл начинать процедуру есть, ниже – нет. “В любом случае прежде всего лучше проработать варианты реструктуризации долга с кредиторами, – уверен Юхнин. – Они бывают заинтересованы в этом гораздо больше, чем в банкротстве должника. Особенно если сам он открыт для сотрудничества”.

В среднем процедура банкротства в нашей стране обходится должникам в 100 тысяч рублей

Интерес к процедуре банкротства кредиторы проявляют, если у гражданина есть имущество, которое может быть реализовано и направлено на погашение долга или его части, добавляет в свою очередь Николай Мясников, исполняющий обязанности генерального директора “Объединенного кредитного бюро”.

На деле у большинства должников имущества, подлежащего реализации, нет, знает Артем Фролов. По его мнению, решаться или не решаться на процедуру банкротства нужно исходя из того, посильны ли для конкретного человека его долги или нет. “Если непосильны, банкротство – законный путь избавиться от бремени”, – резюмирует Фролов.

В чиновники не возьмут

Решившимся объявить себя финансово несостоятельными, стоит знать о некоторых неприятных моментах, через которые придется пройти. Во-первых, освободиться удастся не от всех долгов. Неплатежи, к примеру, по алиментам или за услуги ЖКХ, списаны не будут.

Во-вторых, после процедуры банкротства в жизни будут некоторые ограничения. В отношении гражданина, которого признали финансово несостоятельным, возникает трехлетний запрет на работу на руководящих должностях, напоминает Николай Мясников.

Человек не сможет устроиться на работу в системе государственной службы или в правоохранительные органы – и там, и там людей перед приемом на работу проверяют достаточно скрупулезно, так что скрыть факт банкротства, не имея связей, вряд ли получится.

Чисто теоретически можно, конечно, поменять фамилию, но затевать такие масштабные реформы вряд ли имеет смысл, ведь ограничения, связанные с получением статуса банкрота, не пожизненные.

Ростуризм составил памятку для клиентов обанкротившихся туроператоров

В числе прочего гражданин, признанный неплатежеспособным, будет обязан сообщать кредиторам о своем статусе при обращении за новым кредитом.

Запрета на получение очередного займа в законе нет, но статус банкрота и безнадежно испорченная невыплаченным долгом кредитная история для любого банка – весомое основание для отказа, хотя кредит при необходимости всегда может попробовать взять кто-то из родственников.

Кроме того, на три года для банкрота будет ограничена возможность открыть свое ИП. Но опять же, ограничений на регистрацию ИП для родственников должника в законе нет.

Во время самой процедуры человек не сможет распоряжаться своим имуществом и счетами. Если квартира в ипотеке, она будет продана в рамках процедуры реализации имущества (даже если она единственная). С должником останутся его личные вещи: одежда, обувь и все, что является предметом обычной домашней обстановки (мебель, холодильник), за исключением, конечно, предметов роскоши.

Определенные неудобства, связанные с получением статуса банкрота, конечно, будут и с этим надо смириться, но все они меркнут по сравнению с ситуацией, в которой должник, признанный банкротом, находился до того, как решился на процедуру, говорит Артем Фролов.

Инфографика “РГ”: Александр Чистов/ Юлия Кривошапко

“Как правило, невозможность исполнения обязательств связана с потерей работы. Дополнительно усугубляет и без того непростое положение нежелание кредиторов – в абсолютном большинстве это банки и микрофинансовые организации – искать компромисс, – рассуждает он.

– В итоге начисляются пени и штрафы, которые растут как снежный ком. Выплатить не только долг и проценты по нему, но еще и рассчитаться по штрафным санкциям должник однозначно не сможет. А с момента признания получения статуса банкрота все начисления прекращаются, происходит фиксация долга.

Так что уверенно можно сказать: для многих людей – это начало новой жизни”.

В России потребительское банкротство еще очень молодо, в других же странах эта процедура стала вполне привычной, констатирует Алексей Юхнин.

“Недавно был опубликован отчет Consumer Bankruptcу Project, из которого следует, что в США пенсионеры процедуру банкротства рассматривают в качестве единственного механизма социальной защиты.

Думаю, это то, к чему и мы в итоге придем”, – не исключает Юхнин.

Источник: https://rg.ru/2018/08/13/chto-budet-esli-obiavit-sebia-finansovo-nesostoiatelnym.html

«Добрый стиль»: возрождение мебельного гиганта

Банкротство Доброго стиля

В жизни каждого бывают взлеты и падения, и после сложного периода непросто оказаться в строю.

Пример поразительного успеха после фактически банкротства продемонстрировала известная ульяновская фабрика мягкой мебели «Добрый стиль».

После смены собственников в 2014 году компания буквально воспряла и сегодня (вновь) входит в список сильнейших российских игроков в своем сегменте.

Новая жизнь

Мебельная марка «Добрый стиль» знакома российскому потребителю около 25 лет. На протяжении долгого времени фабрика радовала клиентов коллекциями качественной мягкой мебели. В 2013 компания оказалась в сложнейшей ситуации — на грани выживания. Помочь могли только кардинальные меры. Тогда к управлению пришли новые владельцы, которые спасли фабрику. Так началась вторая жизнь «Доброго стиля».

  Производство фабрики сосредоточено в поселке Поливаново Ульяновской области. Площадь производственных площадей составляет более 18 тыс. квадратных метров. В штате работает 360 человек. За последние три года все технологические линии были модернизированы, компания закупила и установила новейшее современное оборудование.

«Все звенья технологического цикла — от сушки древесины до ОТК, упаковки и склада — были модернизированы. Несмотря на общий проблемный макроэкономический фон, мы всё-таки можем похвастаться практически полной загрузкой производства.

Имеющиеся мощности используем на 95 процентов. За последние два года полностью обновили оборудование в швейном цехе — закупили машины нового поколения, приобрели две промышленных швейных машины для декоративной отстрочки.

Новую технику поставили и в лесосушильный цех, построенный с нуля. Для цеха деревообработки закупили дорогостоящий форматно-раскроечный станок.

В будущем году продолжим инвестировать в технический парк в соответствии с программой оптимизации и модернизации производства», — рассказывает соучредитель фабрики мебели «Добрый стиль» Елена Хотовицкая.

Новые технологии позволяют компании создавать уникальные в своем роде изделия. В сидении каждого дивана используется своя начинка. К примеру, на выставке в Москве компания представила несколько моделей диванов, в каждой из которых был использован особый наполнитель:

«Наша мягкая мебель подобно слоеному пирогу — и в каждой модели совершенно разный. Ни для кого не секрет, что многие российские производители мягкой промышленности привозили диваны с миланской выставки, буквально потрошили их, чтобы увидеть из чего они сделаны и повторить на своем производстве.

Мы не пошли по этому пути, создавая свои диваны. После посещения миланской выставки я могу с уверенностью и гордостью сказать, что наши диваны ничем не хуже итальянских моделей. Единственное, что итальянцы, помимо того, что умеют делать качественную дизайнерскую мебель, умеют ее еще и грамотно продавать.

Если мы на выставке пытаемся на 100 квадратов поставить 7-10 моделей, то итальянцы ставят 3-4 дивана. И пока вы до них идете, у вас уже создается ощущение, что вы движетесь к невероятной ценности.

Российским игрокам, конечно, стоит поучиться такому мастерскому умению преподнести свою продукцию», — поделилась Елена Хотовицкая.

В продолжение темы Елена отмечает, что сегодня для людей как никогда на первый план выходит эргономика. И особенно этот критерий актуален при выборе мягкой мебели. По признанию эксперта, все модели «Доброго стиля» построены по эргономичному принципу — комфорт плюс качество. И в дальнейшем компания будет продолжать это правило применять и пропагандировать.

Эстетика на первый план

Помимо эргономики и качественной начинки в диване важна внешняя составляющая — дизайн, форма, фактура выбранной для обивки ткани. Все это и есть мастерство дизайнера.

Для разработки дизайна модельного ряда компания не привлекает зарубежных дизайнеров, а воплощает идеи своим силами. Результат впечатляет. Модельный ряд «Доброго стиля» актуален и востребован на рынке.

Хотя опыт с зарубежными игроками в компании имеется.

«Дизайн — очень важная составляющая, и поэтому мы рассматривали разные варианты, в том числе и сотрудничество с известными зарубежными дизайнерами.

Нам было сделано несколько предложений от европейских дизайнеров, но нас смутило два фактора: во-первых, цена — она, конечно, вовсе не демократичная; во-вторых, целесообразность — никаких гарантий того, что этот дизайнер создаст модель дивана, которая будет продаваемой, нет.

Можно заплатить несколько десятков тысяч долларов за эскиз и получить на выходе ноль. И у нас, к сожалению, был подобный горький опыт. Не всегда дизайнерский по всем канонам диван будет востребованным твоим клиентом», — комментирует Елена Хотовицкая.

Накопив необходимый опыт, Елена приняла решение выступить дизайнером фабрики лично. В результате уже в 2016 году был создан первый диван «Калипсо» из новой  коллекции. И как показала практика, решение было удачным. Все модели диванов стали успешно продаваться и выставляться на подиумах у дилеров.

«Результатом моей работы стала новая коллекция «Вояж», куда вошли самые актуальные разработки.

Тогда я услышала от многих экспертов такую фразу: «Это новый «Добрый стиль»! Наши новые модели, представленные на 29-ой международной выставке «Мебель, фурнитура и обивочные материалы» в ноябре 2017 года, удостоились высоких наград: Диплом I степени за высокие потребительские свойства моделей «Корфу» и кресла «Изабель» с присвоением золотых медалей  «ЗА КАЧЕСТВО»; Дипломы за успешное продвижение  качественных товаров образцов мебели  «Корфу» и «Прага»; Диплом полуфиналиста конкурса «АРТЛИГА 2017» за разработку модульного дивана «Корфу»;  а также Диплом Лауреата смотра образцов мебели и ее компонентов в рамках 29-ой международной выставки «Мебель, фурнитура и обивочные материалы» в номинации «Мебель года» в категории «Мягкая мебель» за модульную систему «Корфу». Это действительно очень значимые награды, которые пополнили нашу копилку.  Да, мы стали более креативными, более сумасшедшими в хорошем смысле этого слова. Мы рвем ранее определенные правила, нам нравятся стили модерн, авангард, и все это сейчас пользуется большим спросом», — говорит Елена.

Работа изнутри

Удивительно, но Елена Хотовицкая пошла еще дальше и решила не просто стать дизайнером. Чтобы лучше понимать партнеров и предпочтения потребителей, совладелица ульяновской фабрики стала дилером собственного предприятия.

«В 2015году я стала дилером своей же фабрики. Я начала работать на общих основаниях для того, чтобы лучше узнать работу дилеров и иметь право разговаривать с дилерами на одном языке. Я приобрела бесценный опыт.

На своём подиуме в Подольске я работаю как обыкновенный консультант, и мне очень нравится работать с конечным покупателем, ведь именно он выбирает нас, — делится Елена.

— Я считаю, что покупатель голосует за хорошую мебель своим кошельком».

Опыт, приобретённый в процессе работы продавцом-консультантом, позволил Елене разработать методику продаж, которой она делиться на обучающихся тренингах продавцов-консультантов дилеров фабрики. Эти тренинги стали постоянной составляющей работы с дилерами.

«Мы пригласили бизнес-тренеров на наш первый тренинг на фабрике, — вспоминает Елена. — Но в результате были общие разговоры о том,  как надо уметь продавать. И все было бы неплохо, если бы не одно «но».

В нашей компании, да, наверное, как и в любой другой, важно не просто уметь продавать — важно знать нюансы работы конкретно с продукцией этой компании, нужно знать все, вплоть до производства — из чего сделано, какая упаковка и т. д., и именно этого именитые бизнес-тренеры не знали.

На тренинге, который я проводила, я показывала, как можно продать каждый конкретный диван с его «кажущимися» недостатками для клиента, как быстро установить контакт, правильно выявить потребности клиента, презентовать товар, уверенно работая с возражениями, и закрыть сделку. Ведь в продажах очень много своих фишек.

Накопившимся опытом за все это время, что я работаю, я с удовольствием делюсь с дилерами, чтобы они не повторяли моих ошибок. Я провожу лекции по скайпу, приглашаю на свой подиум в Подольск, обучаю всему тому, чему научилась сама. Ведь я уверена: чем сильнее дилер, тем сильнее фабрика».

Доказательством правильности выбранного пути «работы изнутри» стала реакция посетителей стенда «Доброго стиля» на выставке «Мебель-2017» в Москве. В этот раз компания представила семь своих новых моделей диванов и три новых модели кресел. По признанию Елены, они даже не ожидали такого огромного количества заинтересовавшихся продукцией людей.

«Мы пережили кризис и надеемся, что в дальнейшем будем держать планку на той высоте, которую мы сегодня взяли», — резюмировала Елена Хотовицкая.

______________________________________
Ирина Кашина

Источник: https://mebelshik.biz/archive-of-the-issues/2018/04/good-style-the-revival-of-furniture-giganta1/

Вс объяснил, как происходит реализация совместно нажитого имущества при банкротстве одного из супругов

Банкротство Доброго стиля

29 ноября 2016 г. арбитражный суд признал Ирину Батыреву банкротом, ввел в отношении нее процедуру реализации имущества, назначив финансового управляющего Александра Влайко.

В процессе реализации имущества Ирины Батыревой финансовый управляющий разместил объявление о проведении торгов по реализации московской квартиры должника, являющейся предметом залога Банка ВТБ.

Торги были объявлены к проведению в виде открытого аукциона в электронной форме на ЭТП «Аукцион-центр», их организатором назначено ООО «АНБЭ».

В рамках дела о собственном банкротстве Ирина Батырева обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконным бездействия финансового управляющего.

По ее мнению, при проведении торгов по продаже залогового имущества должника он, в нарушение абз. 2 п. 4 ст.

138 Закона о банкротстве,  не опубликовал в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) сообщения об определении начальной продажной цены и об утверждении порядка и условий проведения торгов. 

Разрешая спор, суд первой инстанции указал, что в процедуре несостоятельности граждан отсутствуют основания для применения п. 4 ст. 138 Закона о банкротстве. Также суд со ссылкой на ст. 213.26 данного Закона указал, что спорная квартира является совместной собственностью Ирины Батыревой и ее супруга Сергея Батырева.

А поскольку в отношении ИП Сергея Батырева раннее судом была завершена процедура конкурсного производства, суд пришел к выводу, что обращение взыскания на его долю в совместной с должником собственности неправомерно, и в связи с этим признал незаконными действия финансового управляющего по выставлению на торги спорной квартиры.

Апелляция и кассация оставили решение первой инстанции без изменения. 

Не согласившись с решениями судов, финансовый управляющий подал кассационную жалобу в Верховный Суд. Доводы арбитражного управляющего были поддержаны Банком ВТБ в отзыве на кассационную жалобу.

В судебном заседании представители финансового управляющего и банка просили отменить обжалуемые судебные акты, а представитель должника, высказав позицию о принципиальной допустимости реализации имущества на торгах, настаивал на незаконности бездействия управляющего.

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ своим Определением отменила судебные решения нижестоящих судов по делу № А40-137393/2016 и направила дело на новое рассмотрение в арбитражный суд г. Москвы.

По мнению ВС РФ, суды не учли следующее.

В жалобе в суд на действия (бездействие) финансового управляющего Ирина Батырева ссылалась на то, что им нарушена обязанность по опубликованию в ЕФРСБ сведений о начальной продажной цене предмета залога, порядке и условиях проведения торгов.

Таким образом, перед судами стоял вопрос, применяется ли п. 4 ст. 138 Закона о банкротстве из главы, регулирующей конкурсное производство в отношении юрлиц, в процедуре несостоятельности граждан. Если да, то суды должны были проверить фактическую публикацию такого сообщения. 

Суды пришли к выводу, что названная норма при банкротстве граждан не применяется, тем более что все необходимые сведения были опубликованы в сообщении о проведении торгов.

В то же время суд первой инстанции удовлетворил жалобу на действия (бездействие) финансового управляющего – в резолютивной части определения он указал на незаконность действий управляющего, выразившихся в проведении торгов в части определения начальной продажной цены, утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога.

То есть суд первой инстанции фактически пришел к выводу, что управляющий не имел права проводить торги, так как собственником спорной квартиры, помимо Ирины Батыревой, является и ее супруг.

Однако в жалобе на действия управляющего Ирина Батырева не подвергала сомнению возможность реализации квартиры на торгах, а лишь отмечала, что до нее не довели заблаговременно сведения об условиях проведения таких торгов. Эту же позицию подтвердил ее представитель в судебном заседании.

Фактически суд вместо рассмотрения по существу спора по заявленным требованиям рассмотрел требование, которое не было заявлено.

Даже расширительное толкование просительной части жалобы на бездействие управляющего не позволяло судам прийти к подобным выводам, так как они явно противоречили волеизъявлению должника.

ВС РФ напомнил, что суды не вправе рассматривать требования, которые не соответствуют интересам истца и противоречат его волеизъявлению, поскольку обратное означает нарушение принципа диспозитивности арбитражного процесса. 

ВС также указал, что суды апелляционной и кассационной инстанций оставили без удовлетворения жалобы финансового управляющего и Банка ВТБ (залогового кредитора), то есть фактически согласились с выводом суда первой инстанции о незаконности выставления имущества на торги. При этом мотивировочные части постановлений данных судов содержат выводы, согласно которым п. 4 ст.

138 Закона о банкротстве не применяется при несостоятельности граждан, что свидетельствовало бы о законности действий управляющего. Следовательно, сделал вывод ВС, содержания резолютивных и мотивировочных частей постановлений данных судов противоречат друг другу.

Кроме того, вышестоящие суды проигнорировали доводы жалоб заявителей о выходе судом первой инстанции за пределы заявленных требований.

Верховный Суд также указал на то, что суды сделали неверный вывод о недопустимости проведения торгов в отношении спорного имущества ввиду нахождения квартиры в совместной собственности Ирины Батыревой и ее супруга.

Однако судами установлено, что квартира была передана в залог Банку ВТБ в обеспечение кредитных обязательств ООО «Фабрика мебели “Добрый стиль”», залогодателем по договору ипотеки выступала Ирина Батырева, в обеспечение названного кредита она и ее муж выдали поручительство, что свидетельствует об общем характере их обязательств.

Делая вывод о недопустимости реализации квартиры в настоящем деле о банкротстве, суд первой инстанции указал на факт освобождения Сергея Батырева от долгов в деле о его несостоятельности.

Однако ВС указал, что названный вывод сделан без учета того, что процедура банкротства в отношении Сергея Батырева осуществлялась по правилам о несостоятельности ИП, действовавших до 1 октября 2015 г.

При этом суд не исследовал, носил ли долг перед банком предпринимательский характер и был ли он включен в реестр.

Между тем ВС указал, что при наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных недвижимым имуществом, находящимся в их совместной собственности, такое имущество по общему правилу подлежит реализации в деле о банкротстве того из супругов, который в публичном реестре указан в качестве управомоченного лица и выступал по договору в качестве залогодателя. Поскольку ни денежное, ни залоговое обязательства Ирины Батыревой перед банком не прекратились, спорная квартира, по мнению ВС, может быть реализована на торгах в рамках настоящего дела независимо от того, правильно ли суд первой инстанции установил факт освобождения ее супруга от долга перед банком.

В итоге ВС отменил решения нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение.

Адвокат КА «ЮрПрофи» Илья Лясковский отметил, что обособленный спор в деле о банкротстве интересен осложнениями, с которыми объективно столкнулись суды нижестоящих инстанций при применении процессуальных и материальных норм из различных отраслей права.

В качестве основной проблемы он отметил внутреннюю коллизию закона о банкротстве, а именно неопределенность в части того, применяются ли в процедуре банкротства граждан положения п. 4 ст. 138 Закона о банкротстве (о порядке реализации предмета залога).

«К сожалению, высший суд не разъяснил, применимы они или нет, указав судам нижестоящих инстанций худшее: решать самим», – отметил адвокат.

Как предположил адвокат, Арбитражный суд г. Москвы и согласившиеся с ним суды двух последующих инстанций решили, что торги в отношении всей спорной квартиры проводить в принципе нельзя, поскольку ранее суд общей юрисдикции признал ее совместной собственностью супругов.

«Более того, супруг титульной собственницы – банкрота ранее был освобожден от обязательств.

Заявительница не ссылалась на эти обстоятельства, но суды, по всей видимости, сочли, что обязаны ex officio запретить продажу чужого, что интуитивно кажется понятным», – заключил эксперт. 

Старший партнер АБ «Яблоков и партнеры» Ярослав Самородов также обратил внимание на указание Верховного Суда о том, что суды не вправе рассматривать требования, которые не соответствуют интересам истца и противоречат его волеизъявлению. По мнению Ярослава Самородова, «суд не должен исправлять ошибки стороны, неправильно избравшей позицию. Так нарушается принцип состязательности, искажается смысл судебной власти». 

Илья Лясковский также считает, что Верховный Суд недопустимо кратко раскритиковал мотивировку коллег. По его мнению, наличие ранее принятых судебных актов по иным делам действительно может приводить к несправедливому для банка результату, но их нельзя отринуть безоглядно.

Эксперт отметил, что Судебная коллегия ВС РФ намекнула на «неполное» освобождение от долгов индивидуального предпринимателя, ведь за ним могут остаться и «непредпринимательские» долги.

Адвокат назвал такое безосновательное толкование крайне странным, он счел, что нерешенным остался и вопрос, распространяется ли залог на весь объект совместной собственности, если собственник не является залогодателем.

Старший партнер АБ «Яблоков и партнеры» Ярослав Самородов предположил, что судебные ошибки, выявленными Верховным Судом, – следствие практики отхода судов от специализации при распределении дел между судьями.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-obyasnil-kak-proiskhodit-realizatsiya-sovmestno-nazhitogo-imushchestva-pri-bankrotstve-odnogo-iz-suprugov/

Защита прав online