АСВ подало иск по кредиту на сумму более 3 миллионов

Асв хочет сделать всё, чтобы рустаму минниханову не пришлось отвечать за долги татфондбанка?

АСВ подало иск по кредиту на сумму более 3 миллионов

Клиенты Татфондбанка и Интехбанка получили повестки в суд. От них требуют вернуть деньги в прогоревшие кредитные учреждения. Речь идёт не о займах, а о собственных средствах вкладчиков.

В то же время Агентство по страхованию вкладов (АСВ) готово «простить» многомиллионную задолженность партнёру лопнувшего банка.

Всё это выглядит так, будто АСВ защищает не пострадавших клиентов, а заигравшихся банкиров и чиновников региона во главе с Рустамом Миннихановым.

Сюжет: Банки и финансовый кризис

История о масштабной «зачистке» банковского сектора обрастает новыми подробностями. Случай с Татфондбанком (ТФБ) и его дочерними структурами изначально выглядел уникальным. Обычно ЦБ отзывает у проблемного банка лицензию.

Далее суд признаёт организацию несостоятельной, а её собственники и топ-менеджеры сбегают из страны. Выведенные активы уже не вернуть, поэтому АСВ приходится раздавать обманутым вкладчикам де-факто государственные деньги.

Второй вариант – восстановить баланс банка через санацию, – как показала практика, применяется только к избранным структурам.

Вкладчики испытали шок

События вокруг Татфондбанка не вписываются ни в одну из этих схем: организацию обанкротили, ключевой собственник – правительство Татарстана – никуда не сбежал, но рассчитываться с людьми не спешит. Похоже, что такая ситуация устраивает Агентство по страхованию вкладов, которое решило взять деньги для вкладчиков… у самих вкладчиков.

АСВ подало в Арбитражный суд Татарстана более 500 исков против клиентов проблемных учреждений. Так, конкурсный управляющий Татфондбанк­ом (он представляет интересы АСВ) требует вернуть на счета деньги, которые клиенты сняли или перевели в конце ноября – начале декабря 2016 года.

Вероятно, управляющий считает, что люди могли воспользоваться «инсайдерской» информацией и, зная о проблемах кредитного учреждения, решили спасти накопления.

Претензии адресованы как к юридическим, так и к физическим лицам.

В ряде случаев фигурируют и вовсе незначительные суммы: люди оплачивали коммунальные услуги, погашали кредиты в других банках; кто-то снял деньги, чтобы сделать ремонт в квартире или починить автомобиль, оплатить лечение родителей или учёбу детей. Теперь им придётся через суд доказать право распоряжаться своими собственными деньгами.

Получив повестки, многие вкладчики испытали шок. «Почему АСВ занимается нами, а не ищет, куда исчезли миллиарды?» – такие комментарии оставляют они в соцсетях. Представители агентства уверяют, что речь идёт о формальности, которой нельзя избежать при банкротстве банка. Всем, кому это положено, деньги обещают вернуть.

О проблемах в Татфондбанке стало известно в конце 2016 года. 15 декабря ЦБ ввёл в нём временную администрацию, далее последовали отключение банкоматов и мораторий на расчётно-кассовые операции.

Временная администрация установила, что «дыра» в капитале ТФБ составляет 96,7 млрд рублей. По состоянию на начало февраля 2017 года высоколиквидные активы оценивались в 8 млрд рублей, а сумма обязательств банка – в 189,7 млрд рублей. Проще говоря, активы испарились, а долги остались. 3 марта 2017 года ЦБ отозвал у Татфондбанка лицензию. 11 апреля кредитное учреждение, входившее в топ-50 банков России, было признано банкротом.

«Сначала заберём, потом отдадим, но не всем»

В ответе на запрос казанских журналистов АСВ сообщило, что при подаче исков руководствовалось ст. 61.3 федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Банковские операции будут оспорены, если они выходили за рамки обычной хозяйственной деятельности.

А потому люди, которым нужно было снять деньги со своих счетов для оплаты ремонта или лечения, смогут это доказать.

В противном случае им придётся вернуть деньги в конкурсную массу банка, но тогда обязательства ТФБ перед ними будут восстановлены, и вкладчики смогут рассчитывать на компенсацию в пределах 1,4 млн рублей.

Но это касается только «физиков». Деньги предпринимателей не подпадают под закон о страховании вкладов. Поэтому они видят в действиях АСВ попытку «отбить» многомиллионные потери банков за счёт малого и среднего бизнеса.

Ну а что ему ещё делать? Глава Татарстана Рустам Минниханов сразу признал, что самостоятельно заткнуть дыру в капитале ТФБ он не сможет.

В республике создали компенсационный фонд, который наполняют за счёт продажи земли, но удовлетворить все требования кредиторов таким способом вряд ли удастся.

Власти региона просили ЦБ не допустить банкротства и начать санацию Татфондбанка, но получили отказ.

Причины его тоже понятны: временная администрация выявила в банке забалансовые вклады, деньги с которых могли присваиваться крупными предприятиями Татарстана. Вернуть их обратно непросто, да и «уважаемые люди» в республике могут обидеться.

Проще обвинить мелких коммерсантов в том, что они узнали о проблемах в банке, побежали забирать деньги, что и привело к его крушению.

Однако знать о грядущей катастрофе в Татфондбанке могли лишь единицы. Чтобы оценить финансовое положение ТФБ, необходимо было иметь доступ к большому числу показателей, в том числе знать объём средств на корреспондентском счёте.

Ни одно кредитное учреждение не раскрывает эту информацию своим вкладчикам. Большинство клиентов ТФБ, включая предприятия малого и среднего бизнеса, узнали о проблемах в банке одновременно с введением временной администрации.

В ряде случаев требование АСВ поставит бизнес на грань выживания. Если компания погасила со счёта в ТФБ кредит в другом банке, то отменить транзакцию она не сможет. Средства в конкурсную массу придётся вносить из резервов, которые есть далеко не у всех либо недостаточны.

Забрать копейки, «простить» миллиарды

На фоне всего этого кредито­ров Татфондбанка поразила очередная инициатива конкурсного управляющего. Фактически он предложил «простить» сотни миллионов рублей одному из крупнейших должников ТФБ, а именно ПАО «Нижегородский коммерческий банк «Радиотехбанк».

В рамках дела о банкротстве Татфондбанка Арбитражный суд Татарстана должен был рассмотреть пять заявлений конкурсного управляющего об оспаривании сделок между ТФБ и Радиотехбанком. Накануне введения временной администрации казанский банк переуступил нижегородскому права требования по 11 кредитным договорам на общую сумму более 410 млн рублей.

30 ноября 2016 года со счетов Радиотехбанка в Татфондбанке были списаны 35 млн рублей и 50,7 млн рублей, предназначенные для погашения межбанковского кредита. Двумя днями ранее нижегородский банк вывел из ТФБ 60 млн рублей. Примерно в это же время с валютного счёта Радиотехбанка в ТФБ были переведены 401 тыс. евро на его счёт в ПАО «Банк ВТБ».

Вдобавок к этому конкурсный управляющий собирался оспорить вывод Радиотехбанком со счетов в ТФБ средств на общую сумму 94,4 млн рублей, которые были проведены в период с 30 ноября по 12 декабря 2016 года.

То есть буквально накануне введения временной администрации нижегородский банк вывел из Татфондбанка более 650 млн рублей.

Однако решивший было оспорить эти операции конкурсный управляющий внезапно предложил заключить с должником мировое соглашение.

Объясняет он это следующим образом: Радиотехбанк заявил, что выполнение всех этих требований угрожает его устойчивости. Проще говоря, он лопнет, если вернёт деньги. Обращение нижегородских банкиров к конкурсному управляющему ТФБ подкреплено письмами из правительства региона, которое заявляет о высокой значимости этого банка для финансовой системы и социальной жизни Нижегородской области.

В свою очередь, конкурсный управляющий Татфондбанка готов заключить мировое соглашение с Радиотехбанком при условии, что тот вернёт ТФБ права требования по кредитным договорам на общую сумму 84,3 млн рублей. От требований по оставшейся сумме долгов представитель АСВ готов отказаться.

Предложение управляющего будет рассмотрено комитетом кредиторов Татфондбанка 2 февраля 2018 года. На фоне судебных исков к физлицам – бывшим вкладчикам ТФБ ситуация выглядит пикантной.

Особенно, если учесть, что одним из бенефициаров Радиотехбанка до сих пор считают бывшего председателя правления Татфондбанка Роберта Мусина, который ранее также был министром финансов Татарстана и депутатом республиканского Госсовета.

В день подготовки этого материала господин Мусин признал свою вину в мошенничестве, злоупотреблении полномочиями и отмывании денег. Но можно предположить, что бывшего министра сделали «стрелочником», а конечные бенефициары крушения Татфондбанка и его «дочек» чувствуют себя вполне комфортно.

Источник: https://versia.ru/asv-xochet-sdelat-vsyo-chtoby-rustamu-minnixanovu-ne-prishlos-otvechat-za-dolgi-tatfondbanka

926 исков АСВ: конкурсный управляющий ТФБ не нашел обеспечения у 85% кредитов

АСВ подало иск по кредиту на сумму более 3 миллионов

Заявки кредиторов Татфондбанка превысили полтриллиона — это вдвое больше размера активов

Пока в центре волейбола продолжается первое собрание кредиторов ИнтехБанка, в руки «БИЗНЕС Online» попал отчет конкурсного управляющего Татфондбанка Михаила Захваткина, который будет зачитан на собрании в понедельник. Как выяснилось, требования кредиторов сыплются сотнями миллиардов, но в реестр пока попали лишь на 100 миллиардов. Имущества найдено не так много, а живых денег в конкурсной массе — только на 3 миллиарда.

Перед собранием кредиторов Татфондбанка каждый кредитор, получивший право вступления в реестр, получил свежий отчет конкурсного управляющего Михаила Захваткина mert.tatarstan.ru

ПОЛТРИЛЛИОНА ТРЕБОВАНИЙ

Перед собранием кредиторов Татфондбанка (ТФБ), которое пройдет в Казани в понедельник, 17 июля, каждый кредитор, включенный в реестр, получил свежий отчет конкурсного управляющего Михаила Захваткина. Документпопал и в распоряжение «БИЗНЕС Online».

В отчете, датированном частично 1 июня, частично — 1 июля 2017 года, управляющий подробно информирует кредиторов о ходе работы АСВ в банке: сколько имущества выявлено, сколько требований банку поступило и какие сомнительные сделки выявило агентство, «прошерстив» внутренние документы.

Любопытны практически все цифры, ведь они прозрачно говорят о шансах кредиторов получить хоть шерсти клок в процедуре банкротства.

Самая обескураживающая цифра — это сумма всех требований кредиторов, которые успел получить (и продолжает получать до закрытия реестра 31 июля) Захваткин. При сумме активов Татфондбанка в 214,8 млрд рублей они уже превысили полтриллиона рублей и составили 523,8 миллиарда.

Требования на такую сумму предъявил 16 041 кредитор. Вероятно, не все из них найдут свое подтверждение: из всей массы Захваткин пока признал законными пятую часть требований, около 100 млрд рублей. Однако тенденция такова: проверив сотню миллиардов, АСВ отказало лишь кредиторам на 2,4 млрд рублей.

Пока основная масса претензий находит свое подтверждение.

Стоит отметить, что АСВ в первую очередь рассмотрело заявки некрупных кредиторов. Так, пока что средний размер требований составляет 10 млн рублей. «На рассмотрении конкурсного управляющего находятся требования 5 545 заявителей на сумму 419 687 500 тысяч рублей», — говорится в отчете. То есть это кредиторы, средняя сумма требований которых составляет 76 млн рублей на каждого.

Так или иначе, подобного порядка цифр в деле еще ни разу не появлялось. Если на днях следователи Татарстана заявили о прямом или косвенном влиянии банкира на 15% экономики Татарстана, то здесь уже идет речь о четверти республиканского ВРП.

Все 2664 работника ТФБ уже уведомлены об увольнении — 1633 человека ушли еще в мае, а на 1 июня в штате еще числилось 960 работников  «БИЗНЕС Online»

Понемногу проясняется и размер кредиторских очередей. Так, из 100 млрд рублей в первую очередь встали 8 143 кредитора на сумму 68,4 млрд рублей. Из них основную долю занимает федеральная налоговая служба как правопреемница АСВ — в рамках банкротства она претендует на 54 миллиарда.

Вторая очередь, в которую входят сотрудники банка, в отчете никак не обозначена. В третью очередь, к которой и относится основная категория пострадавших — все виды юрлиц, пока что встали 1 893 кредитора с суммой требований в 31,6 млрд рублей. Есть и два неких крупных кредитора на 1,7 млрд рублей — по субординированным депозитам.

Они стоят после всех упомянутых очередей. Словом, им уж точно ожидать своих денег не стоит.

Масштабы будущей борьбы оценили «погорельцы»: вчера в спешном порядке инициативная группа предпринимателей под руководством казанского владельца ООО «Ваш быт» Фарида Сафина выслала письмо АСВ с просьбой притормозить ход банкротства, перенести первое собрание кредиторов и вынести обсуждение ситуации на публичную пресс-конференцию.

«Возникает сомнение в надлежащем представительстве на собрании кредиторов всех пострадавших клиентов банка, большая часть которых проживает либо ведет деятельность в Республике Татарстан», — утверждают подписанты.

И действительно, возникают сомнения, насколько представительным будет собрание, если не все требования кредиторов рассмотрены да и срок их получения не истек.

За два месяца (в апреле – мае) агентство израсходовало на процедуру конкурсного производства 409,6 млн рублей: 312 млн выплатило сотрудникам банка, еще 41 млн — некие начисления на зарплату  «БИЗНЕС Online»

ИСЧЕЗНУВШИЕ ЗАЛОГИ ЮРЛИЦ И НЕДОРОГИЕ ОФИСЫ

Что «живого» нашел АСВ в Татфондбанке? В кассе — 221 млн рублей, половина — в иностранной валюте; на корсчете в Центробанке России — 5,9 млрд рублей, резервы в ЦБ — 904 млн рублей, на счетах в чужих банках — 5,1 миллиарда.

Кредитов юрлицам и физлицам по состоянию на 1 июня роздано 78,4 тыс. на 113,3 млрд рублей. Кредитный портфель описан весьма подробно: 97,1 млрд распределено между 1,5 тыс. кредитов юридическим лицам. Также у банка 76,9 тыс. займов физлицам, которые получили 16,2 миллиарда. При этом залогами обеспечено всего 10,1 тыс.

договоров, еще 1,7 тыс. — поручительствами. Получается, что 66,6 тыс. кредитов, или 85% от общего числа, ничем не обеспечено. К сожалению, о какой сумме и категории заемщиков идет речь, из отчета неясно. Кстати, кредиты продолжают уплачиваться — за время конкурсного производства АСВ получило от заемщиков более 1 миллиарда.

25,9 млрд рублей стоят некие активы, переданные в доверительное управление, требования по конверсионным операциям — 20,3 млрд рублей. В ценные бумаги вложено 32,2 млрд, в том числе пресловутого погоревшего «Пересвета» — на 4,1 млрд рублей, мусинских «ТФБ – Рентный инвестиционный фонд», векселя «Новой нефтехимии», «Артуг», «Гелио-полис» и прочие — на 10,9 млрд рублей.

А «ощутимое» имущество Татфондбанка — 25 объектов недвижимости, 18 земельных участков, 84 автомобиля — стоит всего лишь 1,2 миллиарда. Это помещения офисов в Татарстане и Чувашии, земля у данных офисов, один малый автобус, грузовик и 82 легковушки.

Инвентаризация банка закончилась 11 июля. Конкурсная масса ТФБ потихоньку формируется: на 1 июня живых денег в нее поступило 2,88 млрд рублей.

За два месяца (в апреле – мае) агентство израсходовало на процедуру конкурсного производства 409,6 млн рублей: 312 млн выплатило сотрудникам банка, еще 41 млн — некие начисления на зарплату.

Все 2664 работника ТФБ уже уведомлены об увольнении — 1633 человека ушли еще в мае, а на 1 июня в штате еще числилось 960 работников.

А третья значимая графа расходов АСВ — это расходы на информационные и посреднические услуги. На это банк под руководством АСВ потратил 27,3 млн рублей.

Наконец, самый, пожалуй, скандальный раздел отчета посвящен работе по судебным процессам, призванным вернуть активы в конкурсную массу. Оказывается, по состоянию на 1 июня АСВ подало в арбитраж целых 926 исков на общую сумму 4,7 млрд рублей.

 342 иска на 3,5 млрд рублей удовлетворено, возбуждено 1962 исполнительных производства на 713 млн рублей. Суммы выглядят явно заниженными с учетом того, что только один иск к НКНХ тянет на 3 млрд рублей.

Однако в отчете упоминается и об оспаривании 7 сомнительных сделок, в том числе речь идет о 6 неимущественных исках.

Центробанк устал разгребать завалы мертвых кредитов лопнувших банков и принимает меры  «БИЗНЕС Online»

ЦБ САМ НАЧНЕТ ПРОВЕРЯТЬ ЗАЛОГИ, А АУДИТОРА ТФБ «ШЕРСТЯТ» С ДВУХ СТОРОН

Пока Казань приступает к ответственным мероприятиям по банковским банкротствам, из Санкт-Петербурга «прилетела» новая информация от Центробанка: после громких банковских крахов регулятор намерен создавать в регионах собственные структуры, которые будут проводить «визуальную оценку» бизнеса заемщиков и залогодателей, по-видимому, больше не доверяя опыту и решениям банкиров, которые раздают деньги кому ни попадя, без реальных залогов и поручительств. А кроме того, те же центры будут проводить оценку деловой репутации кандидатов на банкирские должности, подлежащие согласованию в ЦБ. Об этом сообщила журналистам зампред ЦБ Ольга Полякова в кулуарах международного финансового конгресса.

«ЦСНД (сопровождения надзорной деятельности) будет в большинстве регионов. Что касается визуальной оценки, это будет практически в каждом регионе.

Если мы говорим о залоговом обеспечении, которое приняла кредитная организация, работающая на Дальнем Востоке или в Сибири, несмотря на то что мы функцию надзора централизовали, нам все равно нужно понимать, есть ли этот залог, где он находится и соответствует ли это тем данным, которые предоставляет нам кредитная организация», — заявила Полякова. Центры будут подчиняться непосредственно главному управлению безопасности и защиты информации Центробанка.

СРО запустила проверку по просьбе опального лидера «Открытой России» в РТ Ильи Новикова, сотрудника «Райдэна», недавно уехавшего из страны  «БИЗНЕС Online»

Похоже, Центробанк устал разгребать завалы мертвых кредитов лопнувших банков и принимает меры.

Кстати, и «Эрнст энд Янг», аудитор Татфондбанка, входящий в «большую четверку» аудиторов, как стало известно сегодня, проходит двойную проверку — от федерального казначейства и профессионального СРО.

Последняя запустила проверку по просьбе казанской УК «Райдэн», а точнее, опального лидера «Открытой России» в РТ Ильи Новикова, сотрудника «Райдэна», недавно уехавшего из страны.

Персоны: Мусин Роберт Ренатович

Источник: https://www.business-gazeta.ru/article/351528

Асв востребовало вклады

АСВ подало иск по кредиту на сумму более 3 миллионов

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) начало массово оспаривать снятие денег вкладчиками обанкротившихся банков и взыскивать с них средства. Добросовестность граждан роли не играет — для суда бывает достаточно факта наличия в банке картотеки неисполненных платежей на момент снятия вклада.

По словам экспертов, она бывает в большинстве банков перед отзывом лицензии. Средства, взысканные через суд с граждан, АСВ затем частично возвращает им же в виде страховки по вкладам (до 1,4 млн руб.).

Такая практика вызывает социальную напряженность и ведет к неоправданному росту судебных издержек АСВ, считают эксперты.

О массовых исках к вкладчикам, забравшим деньги из банков незадолго до отзыва лицензий, рассказали “Ъ” клиенты нескольких банков-банкротов.

Так, в рамках банкротства Военно-промышленного банка (ВПБ) АСВ подано более 150 исков об оспаривании предбанкротных сделок банка, из них около 50 требований заявлено к вкладчикам-физлицам. Иски поданы АСВ спустя год и более после снятия гражданами средств.

Сын одного из вкладчиков ВПБ Виктора Школяренко, с которого сейчас требуют возврата денег, Дмитрий рассказал “Ъ”, что агентство оспаривает все операции, которые были совершены примерно за месяц до прихода в банк АСВ.

Из судебных актов, опубликованных в картотеке арбитражных дел, по ВПБ можно увидеть, что на решения суда не влияли мотивы снятия средств, а АСВ не требовались доказательства недобросовестности граждан.

Так, вкладчик Ягиев, возражая против иска АСВ, настаивал в суде, что оспариваемая сделка по снятию средств совершалась в процессе обычной хозяйственной деятельности банка, не превышала 1% стоимости его активов и не отличалась от ранее совершенных сделок.

Он указывал, что не был осведомлен о неплатежеспособности банка, снимал средства для погашения ипотеки на единственное жилье. Но суд удовлетворил иск АСВ, сославшись на наличие у банка картотеки.

Аналогичные мотивы содержатся и в других решениях суда по вкладчикам в пользу АСВ. Ситуация касается не только ВПБ. Так, вкладчики Татфондбанка (ТФБ) тоже сейчас оспаривают претензии АСВ.

По данным Союза пострадавших вкладчиков ТФБ, такие иски поданы к 400 физлицам.

В АСВ отмечают, что общее количество судебных споров в рамках банкротства банков увеличилось, что обусловлено ростом числа ликвидируемых кредитных организаций и тем, что под управление агентства в последнее время поступили достаточно крупные банки.

«Необходимо обратить внимание, что закон не предусматривает признания недействительными абсолютно всех совершенных в пределах месяца до даты отзыва у кредитной организации лицензии сделок, направленных на удовлетворение требований их кредиторов,— отмечают в АСВ.

— Основания недействительности имеются только у сделок, выходящих за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Как наиболее частый признак выхода сделки за такие пределы выступает ее совершение в условиях явной фактической неплатежеспособности банка, при которой банк не исполнял требования других кредиторов (наличие картотеки.— “Ъ”)».

Однако вкладчик может не знать о наличии картотеки. По словам собеседника “Ъ”, близкого к АСВ, ранее агентство крайне редко подавало подобные иски даже в случае наличия картотеки, только при очень крупных суммах или снятии вкладов через безналичный перевод.

«Дело в том, что при наличии денег в кассе картотека не мешает банку выдавать вклады из наличных средств, таких ограничений в законодательстве нет,— продолжает он.— Так что в принципе, даже если есть картотека, вкладчик может получить средства, не зная о ней».

При этом он отмечает, что средства в кассе имеют обыкновение быстро заканчиваться, поэтому нельзя исключить случаев сговора сотрудников банка и клиентов. По словам партнера московской коллегии адвокатов «Ионцев, Ляховский и партнеры» Игоря Дубова, перед отзывом лицензии картотека бывает у большинства банков.

«Максимальная ее длительность 14 дней, после ЦБ обязан отозвать лицензию,— указывает он.— На практике обычно сроки меньше, но не исключены ситуации, когда картотека может возникать несколько раз с перерывами».

Как пояснили в АСВ, после признания сделки недействительной гражданин должен вернуть банку денежные средства, при этом обязательства банка перед кредитором восстанавливаются, то есть он на возвращенную сумму становится вновь кредитором по договору банковского вклада. На сумму до 1,4 млн руб.

вкладчик может получить страховое возмещение, при превышении необходимо встать в реестр кредиторов, при этом возврат остатка не гарантирован. При этом сначала средства АСВ нужно вернуть. «Если же денег для возврата у вкладчика нет, пристав распродает его имущество для погашения взысканной суммы.

В отсутствие имущества гражданин может быть обанкрочен»,— указывает Алексей Костоваров из АБ «Линия права».

В данном случае агентство применяет формальный подход, который чреват массовым неудовольствием вкладчиков и значительным ростом судебных издержек, уверены эксперты.

«Суды не принимают во внимание, что вкладчик зачастую не знал и не мог знать о плохом финансовом состоянии банка, что, конечно, не может не вызывать возмущение»,— отмечает Алексей Костоваров.

«Люди всю жизнь копили деньги, потом забрали их из банка, а теперь государство требует их обратно, но это же наши деньги! — возмущается Дмитрий Школяренко.— Я ходил на заседания по другим вкладчикам. Некоторые иски суд рассматривал за 10–15 минут, унизительно быстро решая судьбу людей.

Все решения вынесены в пользу АСВ как под копирку». По словам Хосе Тобара из АБ «Андрей Городисский и партнеры», это ведет к дестабилизации гражданского оборота, неоправданному отрицанию всей обычной деятельности банка, нарушению баланса имущественных интересов сторон.

Подобные массовые споры играют и против кредиторов банков-банкротов.

«Собственные юристы АСВ участвуют в спорах крайне редко, чаще всего это привлеченные специалисты, расходы на услуги которых оплачиваются из конкурсной массы»,— отмечает адвокат АБ «Ансис и партнеры» Дмитрий Кравченко.

Собеседник “Ъ”, близкий к ФНС, указывает, что служба неоднократно поднимала вопрос о чрезмерности расходов АСВ на юристов, выступая за экономическую целесообразность.

Жестко выступают против подобной практики и банки. «Подобные действия подрывают доверие физлиц к банковской системе в целом, поскольку добросовестные граждане, опасаясь подобных споров, побоятся хранить средства во вкладах,— отмечает глава АРБ Гарегин Тосунян.— И потому ассоциация обратится в Верховный суд с просьбой выработать позицию по данному вопросу».

Анна Занина, Вероника Горячева, Ксения Дементьева

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/3535344

«Про проценты я тогда не думал»

АСВ подало иск по кредиту на сумму более 3 миллионов
Петр Саруханов / «Новая газета». Перейти на сайт художника

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) через суд требует клиентов вернуть деньги, снятые ими со своих счетов накануне отзыва лицензии у ряда банков из Татарстана.

Около 500 исков такого типа были направлены, в частности, бывшим вкладчикам Татфондбанка, действия АСВ коснулись и клиентов других финансовых организаций. Иск может быть подан вне зависимости от того, насколько добросовестными были действия вкладчиков, то есть знали ли они о скором отзыве лицензии, или просто распоряжались своими собственными деньгами на свое усмотрение.

АСВ обосновывает свои действия тем, что были отмечены случаи «предпочтительного удовлетворения требований отдельных кредиторов в ущерб другим».

После скандала в прессе глава АСВ Юрий Исаев сообщил, что около половины исков могут быть отозваны, но только в том случае, если клиент забрал вклад с истекшим сроком, а не с действующего депозита с потерей процентов — с точки зрения АСВ именно такое поведение является подозрительным. Чтобы получить повестку в суд, достаточно было лишь досрочно снять свой вклад из банка, находившегося в зоне риска.

После возвращения денег по иску АСВ пострадавшим клиентам в соответствии с законом выплатят до 1,4 млн рублей, при этом возврат части вклада сверх этой суммы не гарантирован. Если средств для возврата денег у клиента нет, ему самому может грозить банкротство.

Ситуация вокруг Татфондбанка стала источником серьезной социальной напряженности. Несколько дней назад в Казани на митинге обманутых вкладчиков были задержаны 40 человек.

Среди бывших вкладчиков Татфондбанка и других разорившихся банков популярно полуконспирологическое мнение о том, что иски АСВ к физическим и юридическим лицам, снявшим деньги накануне банкротства, всего лишь отвлекающий маневр.

А подлинная проблема состоит в том, что финансовые власти и правоохранительные органы не предъявляют претензии к крупным игрокам, которые вывели свои активы из банков и остались при этом в тени.

«Новая» публикует истории людей, которые спасли свои деньги из тонущих банков, но теперь столкнулись с претензиями со стороны АСВ.

Иван, сын бывшего вкладчика Татфондбанка, Санкт-Петербург:

— Моему отцу Евгению (имена изменены по просьбе героев — Ред.) в этом году исполнится 80 лет. В 2016 году он открыл вклад в Санкт-Петербургском филиале Татфондбанка в размере 1,8 млн рублей — это были все его сбережения, все, что заработал за жизнь.

В то время Татфондбанк предлагал привлекательные ставки по вкладам и вел активную рекламную кампанию. Перед открытием вклада мой папа посоветовался со мной. Я знал, что 50% банка принадлежит правительству Татарстана. Также ЦБ доверил этому банку санацию банка «Советский».

В связи с этим не было оснований не доверять почти государственному банку.

2 декабря 2016 года папа пришел в банк, как делал это многократно, для того чтобы получить наличными часть суммы (200 тысяч рублей) с вклада, в связи с жизненной необходимостью. 300 тысяч он перевел на вклад, который был открыт у его супруги (моей мамы) в этом же банке.

Сумма в размере 1,4 млн рублей была сразу же внесена на новый депозит в этом же банке. Операции были абсолютно рядовые. Филиал банка функционировал в обычном режиме. Никаких ограничений на операции, на снятие наличных не было.

Когда стало известно о крахе Татфондбанка, папа с мамой обратились за страховым возмещением, которое им было выплачено.

7 января 2018 года папа получил определение из арбитражного суда города Казани, о том, что он является ответчиком. Истец — ПАО «Татфондбанк» (конкурсный управляющий АСВ) — требует оспорить сделку по закрытию вклада 2 декабря 2016 года.

Там было написано, что суд был назначен на 12.01.2018, то есть через 5 дней после получения письма. Причем в определении было написано, что в дальнейшем он не будет получать информацию по почте, а должен самостоятельно узнавать о времени и месте следующих заседаний или отдельных процессуальных действиях, используя сеть интернет.

Естественно, человеку в возрасте 80 лет, не имеющему компьютера, сделать это практически невозможно.

Я пробовал это сделать самостоятельно и ответственно заявляю, что найти информацию на сайте арбитражного суда Казани — невозможно, так как процесс идет в рамках одного огромного дела о банкротстве Татфондбанка. И для того чтобы найти информацию о предстоящем судебном заседании, необходимо просмотреть тысячи страниц в формате pdf.

Таким образом, в силу географической удаленности, достаточно преклонного возраста, абсолютной информационной недоступности, отсутствия средств на квалифицированную юридическую помощь человек не может себя защитить от этого, абсолютно репрессивного механизма.

Основные доводы АСВ о том, что вкладчики, переоформившие вклады или совершившие какие-либо расходные операции, были заранее осведомлены о рисках, не соответствуют действительности.

Еще раз обращу внимание, что в петербургском филиале Татфондбанка никаких ограничений на операции не было. Банк обязан по требованию вкладчика выдать его средства в соответствии с заключенным договором.

Обычный вкладчик не может знать о каких-либо проблемах в банке раньше, чем об этом напишут СМИ. Первая публикация в «Коммерсанте» о проблемах в Татфондбанке была 7 декабря 2016 года.

И это абсолютно естественно, что после таких публикаций вкладчики ринутся за своими деньгами. А папе даже не было известно и об этой публикации, иначе он бы попытался забрать и мамины и свои деньги.
Судебное заседание по делу моего папы было перенесено на 13 февраля 2017 г.

Альберт, бывший вкладчик Интехбанка, Казань:

— У меня был вклад в пределе страховой суммы, в октябре 2016-го подошел срок его окончания. Я приехал в банк решать судьбу вклада: либо закрывать, либо продлевать. Работники банка сразу предложили новый продукт «Сберегательный сертификат», у него процентная ставка была чуть выше, чем у вкладов, но он не застрахован АСВ (об этом я узнал позже).

В то время у меня еще имелись деньги, которые мне собрали родители для лечения моей старшей дочери. У нее в мае 2016 года обнаружилась онкология, удалили селезенку, провели 6 курсов химиотерапии, 2 курса лучевой терапии. Это довольно продолжительный процесс — где-то полтора-два года.

На другой день после покупки первого сертификата я купил еще один на эти деньги, потому что боялся хранить большие суммы дома.

12 декабря я обналичил оба сертификата и увез деньги из банка, не подозревая о том, что у Интехбанка какие-то проблемы. Мы ведь с семьей думали только о том, что дочку придется отправлять на лечение.

Денег свободных не было, почти все ушло на нее, вот и снял большую сумму в банке. И родителям как раз в тот момент нужны стали деньги. Отцу и теще нужно было провести операции.

Я забрал деньги из банка, потеряв проценты, о которых в то время вообще не думал.

Прошел год. В двадцатых числах декабря 2017 года приходит иск из АСВ с требованием взыскать у меня все эти деньги. Я был шокирован. Денег этих у меня уже давно нет. Они все ушли на лечение, на реабилитацию дочки.

В иске написали, что картотека платежей была заведена 14 декабря, а я снимал 12-го (соответственно, заявку на снятие наличных сделал за день-два до этого), а тогда не было никаких очередей и деньги давали всем.

В АСВ утверждают, что банк должен был завести картотеку 12-го числа, а моя-то вина в чем? Я про картотеку сейчас только узнал, когда начал следить за делом в интернете. Заявление в арбитражном суде два раза оставили без движения, потому что АСВ недоплатило госпошлину.

После 9 февраля суд объявит новый день для заседания. Я не знаю, что будет. Вся семья переживает и волнуется, болеть уже начали из-за давления и стресса.

Сария Романова, бывшая вкладчица Татфондбанка, Казань:

— 30 ноября 2016 года я сняла миллион рублей. В этот же день деньги положила обратно в Татфондбанк. Затем 2 декабря мы еще раз сняли деньги, только сумма была поменьше. И через три дня вернули эти деньги обратно.

Перед Новым годом, 29 декабря 2017 года, я пошла на почту и получила письмо, где говорилось, что на меня подали иск в суд о возврате 1 миллиона рублей, которые я взяла и вернула в ноябре. Я отнесла отзыв в арбитражный суд.

На заседании представитель АСВ и судья переглянулись и ничего не решили, так как я деньги вернула — дела нет. Мне сказали прийти в суд за разъяснением в марте.

Я перенервничала и начала себя плохо чувствовать. Я была очень напугана, ведь на счету я хранила деньги мамы, которой 88 лет. Мама — труженик тыла. Отец — участник Великой Отечественной войны, а деда (коммуниста и революционера) посадили как врага народа, но через пару лет реабилитировали.

Несмотря на это, у нас в семье до сих пор считается, что Советский Союз — великая страна, которая не может обмануть народ. Поэтому до моей мамы до сих пор не доходит, что государство могло так с нами поступить. В первое время она говорила, что это я ее обокрала и спрятала где-то деньги. Она их копила для моей сестры, которая с рождения имеет синдром Дауна.

Вот если мама, не дай бог, умрет и за сестрой придется мне ухаживать. А у меня пенсия 12 тысяч рублей, а квартплата 6 тысяч рублей.

По оценкам юристов, мое дело, скорее всего, закроют, потому что у них нет ничего против меня. Посмотрим, что будет в марте в «разъяснении».

Меня больше волнует уже то, что среди вкладчиков есть люди, которые намеренно снимали большие суммы в декабре, по несколько миллионов рублей за раз, а их никто не судит, потому что они «блатные».

А что если среди исков, которые хотят отозвать, будут эти «блатные»? 

— Если банк попал в трудное положение и не в состоянии расплатиться со всеми своими кредиторами, он не имеет права платить лишь некоторым из них.

И так остальным не хватит денег на стопроцентные выплаты, а если кому-то заплатить полностью, то остальным достанется еще меньше. И не важно, знает ли получивший деньги вкладчик, что ему заплатили за счет других, или нет.

Так написано в законе, и с точки зрения тех, кто помнит о том, что у палки всегда два конца, это справедливый закон.

Беда в том, что законодатель сказал справедливое «А», но забыл сказать «Б». «Б» должно было бы определить, кто отвечает за нарушение справедливого «А». И наказывать надо только виноватого. Совершить незаконные выплаты мог только сотрудник банка. Он — активная сторона и, следовательно, должен понести ответственность.

Анастасия Куц — специально для «Новой»

Источник: https://novayagazeta.ru/articles/2018/02/06/75407-pro-protsenty-ya-togda-ne-dumal

Межпромбанк разоряли ссудами для

АСВ подало иск по кредиту на сумму более 3 миллионов
Оригинал этого материала
© “Коммерсант”, 11.04.2012, Подссудное дело, “ИТАР-ТАСС”

Светлана Дементьева

Сергей Пугачев

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) впервые обнародовало детальные количественные оценки качества обслуживания кредитов крупнейшими заемщиками Межпромбанка, подконтрольного экс-сенатору Сергею Пугачеву. Невозвратными являются крупные ссуды более чем на 150 млрд руб. По данным АСВ, крупнейшими неплательщиками банка из числа физических лиц являются его бывшие топ-менеджеры, родственники основного владельца и лица, связанные с ним по небанковским бизнесам.

Детальные данные о качестве обслуживания крупных кредитов (на сумму от 1 млн руб. каждый), взятых в банке физическими и юридическими лицами, приведены в опубликованном АСВ отчете о результатах инвентаризации активов Межпромбанка (МПБ).

Согласно ему, заемщиков—физических лиц, взявших в МПБ кредиты на сумму более 1 млн руб., по данным отчета АСВ об инвентаризации,— 27 человек. Совокупная оценочная стоимость таких ссуд в пять раз меньше балансовой — 32 млн против 170 млн руб.

Из 27 кредитов на дату оценки (осень прошлого года) погашено было всего три, нулевую оценку имели семь ссуд, причем три из них — крупнейшие (на совокупную сумму почти 80 млн руб.).

“Оценка “0” означает, что имеющиеся в кредитном досье сведения свидетельствуют о том, что должник не имеет возможности погасить кредит”,— пояснили “Ъ” в агентстве. Остальные кредиты были оценены существенно ниже номинала, что означает невозможность возврата этих долгов целиком.

Судя по отчету, самые большие необслуживаемые долги перед МПБ имеют известные на рынке люди, прямо и косвенно связанные с банком и структурами подконтрольной Сергею Пугачеву Объединенной промышленной корпорации, куда входил и МПБ. Кроме экс-главы совета директоров Межпромбанка Джеральда Ковальски (ранее занимал пост управляющего директора в Credit Suisse First Boston) это начальник главного эксплуатационного управления управделами президента РФ Александр Гладышев и известный дизайнер Сергей Шанович, который с конца 1990-х и до середины 2000-х годов руководил дизайнерским направлением НТВ и известен как создатель современного образа этого и ряда других телеканалов (СТС, ДТВ и пр.), а в настоящее время является руководителем и креативным директором студии Shandesign. В числе клиентов компании — крупные телеканалы, авиа-, инвесткомпании и даже “Газпром”.

Интересно, что господин Гладышев до 2008 года занимал пост гендиректора ФГУП “Кремлевский”, на базе которого Объединенная промышленная корпорация (ОПК) с 2004 года реализовывала крупный инвестконтракт по строительству пятизвездного отеля на 158 номеров (32,4 тыс. кв. м), 90 апартаментов (23 тыс. кв.

м) и подземного паркинга (23,3 тыс. кв. м). После того как финансовое положение Межпромбанка пошатнулось, этот контракт был расторгнут.

В числе клиентов студии господина Шановича, по данным официального сайта компании,— Объединенная промышленная корпорация и “Межпромбанк плюс” (розничная “дочка” МПБ, вслед за ним также лишившаяся лицензии в 2010 году).

Долг Джеральда Ковальски — крупнейший из всех кредитов физическим лицам: $1,3 млн. Последнее погашение по нему на дату проведения оценки (осень прошлого года) было 1 июля 2010 года, то есть за несколько месяцев до отзыва у банка лицензии (в октябре 2010 года). В ответе АСВ на запрос “Ъ” говорится, что по состоянию на 1 апреля текущего года ситуация не изменилась. Как сообщили в агентстве, в отношении господина Ковальски уже получено решение суда о взыскании долга, процентов по нему ($575 тыс.) и неустойки за просрочку долга и процентов ($8 млн). Правда, нет самого господина Ковальски: по сведениям “Ъ”, он находится за пределами России, связаться с ним не удалось. Александр Гладышев, по данным отчета АСВ,— второй по размеру долга заемщик банка, не обслуживающий кредит на сумму $706,99 тыс. По состоянию на 1 апреля последний платеж по этой ссуде был совершен 1 июля 2010 года. “В связи с этим в отношении этого заемщика агентством подготовлено требование о досрочном истребовании кредита”,— сообщили в АСВ. Сам господин Гладышев в разговоре с корреспондентом “Ъ”, сообщил, что неплательщиком не является. “Я действительно брал кредит в Межпромбанке, но давно погасил его, о чем имею документы”,— заявил он “Ъ”, отметив, что погашение произошло “в 2008 или 2009 году”. В АСВ информации о погашении этой ссуды нет, заявили “Ъ” в агентстве, указав, что данные о качестве обслуживания долгов были взяты из электронной базы данных Межпромбанка, которая доступна начиная с 1 июля 2010 года (остальное было уничтожено перед отзывом у банка лицензии). Долг Сергея Шановича, по данным об инвентаризации активов МПБ, составляет 17 млн руб. Так же, как и по двум другим крупнейшим кредитам МПБ физическим лицам, последний платеж по нему был совершен 1 июля 2010 года. В ответе на запрос “Ъ”, АСВ вынесло по этому кредиту лаконичный вердикт: “Не гасит”. Выяснить, почему, лично у господина Шановича возможности не представилось. В компании Shandesign “Ъ” сообщили, что связаться с ним нельзя, поскольку он находится за границей. “А даже если бы и было возможно, то комментировать такую информацию он бы не стал”,— отметили в возглавляемой господином Шановичем компании. По данным, опубликованным АСВ, указанными лицами круг заемщиков-неплательщиков, так или иначе аффилированных с банком, не ограничивается. В число таких должников также входят Сергей Липанов (по данным “Ъ”, бывший главный бухгалтер МПБ, долг — $180 тыс., последний платеж по кредиту — сентябрь 2011 года); сын господина Пугачева Виктор Пугачев (6,64 млн руб., последний платеж — март 2011 года); Алексей Карцев (сотрудник Объединенной промышленной корпорации, $80 тыс., последний платеж — июль 2010 года); Михаил Цветников (по сведениям “Ъ”, экс-сотрудник МПБ, $170 тыс., последний платеж — сентябрь 2011 года). К двум последним лицам АСВ в начале апреля подало иски о взыскании долгов. Двум первым направлены требования о досрочном истребовании кредитов. Все перечисленные выше лица получали в банке длинные (от трех до десяти лет) кредиты по низкой ставке — 10% годовых (в то время как остальные крупные заемщики кредитовались под 13-20% годовых). При этом кредиты связанным лицам выдавались в основном без обеспечения. Исключение из приведенных примеров составляет кредит господину Пугачеву (под залог автомобиля Lamborghini Murcielago), что, правда, не стимулирует его соблюдать платежную дисциплину. Из заемщиков, аффилированных с банком и ОПК, более или менее сознательными оказались лишь трое. Экс-председатель правления МПБ Алексей Злобин 8 февраля погасил кредит на $150 тыс. досрочно. Несколько раньше так же поступил с долгом $337 тыс. экс-член совета директоров банка Хендерсон-Стюарт Дэвид. Расплатился, хоть и с небольшим опозданием, по взятым в банке кредитам на $100 тыс. и генеральный директор московского офиса сети гастрономических бутиков Hediard (куплена Сергеем Пугачевым в 2007 году) Жиль Шарбонье. Оценивать перспективы работы, в том числе судебной, с остальными крупными долгами физических лиц перед МПБ в АСВ не берутся. “Каждая ситуация уникальна, если взыскание не даст результатов кредиты могут быть выставлены на торги”,— говорит первый заместитель гендиректора АСВ Валерий Мирошников. Впрочем, по его оценкам, даже если допустить, что все крупнейшие заемщики—физические лица свои долги погасят, с точки зрения кредиторов (банк остался должен им более 80 млрд руб.) поступления в конкурсную массу будут “каплей в море”. Основную часть активов МПБ составляют корпоративные кредиты, а ситуация с ними — удручающая.

В отчете по инвентаризации оценочная стоимость (то, что рассчитывает взыскать конкурсный управляющий) крупных корпоративных кредитов свыше 1 млн руб. в 52 раза меньше балансовой: всего 3 млрд руб. против отраженных в отчетности банка 160 млрд руб.

Из 153 кредитов этой категории на дату проведения оценки погашено было лишь четыре (на общую сумму менее 50 млн руб.), ненулевая оценка по невозвращенным кредитам — всего у 22 ссуд.

При этом и она существенно меньше их номинала, а реально крупным кредитом, подлежащим взысканию, является лишь один — восстановленный по решению суда долг некогда подконтрольной Сергею Пугачеву Енисейской промышленной компании — 1,4 млрд руб.

Compromat.Ru ® — зарегистрированный товарный знак. Св. №319929. 18+. info@compromat.ru

Источник: http://www.compromat.ru/page_31993.htm

Защита прав online